Тринадцать отрядов Готея
Название: Тринадцать отрядов Готея
Автор: я, Мировега
Бета: Tadanori
Фэндом: Блич
Жанр: виньетка (виньетки?)
Рейтинг: G
Тип: джен
Размер: с одной стороны, это куча драбблов. С другой - одно большое макси... Кому как больше нравится, так и считайте.
Дисклаймер: герои мне не принадлежат, а жаль
От автора: хочу выразить искреннюю благодарность своей бете. Без нее это было бы куда как хуже %) И ещё: описывается время до всей этой заварушки с Хогиоку.


читать дальше

Тринадцать отрядов Готея

Первый отряд

Со-тайчо любит играть в добродушного старика. Вот уже несколько столетий подряд эта маска является его основной, и он не видит смысла менять ее на любую другую. Быть может, как-нибудь потом. Если она перестанет соответствовать его целям.
На собраниях он предпочитает прикидываться дремлющим, не вызывая никаких опасений у остальных капитанов. В такие мгновения – опершись на свой посох и полуприкрыв глаза, – он кажется настолько безобидным, что тайчо даже переговариваются между собой в полголоса, обсуждая принимаемые решения или последние новости в Сейрейтей. Ямамото никак этому не препятствует. Если уж капитаны отрядов настолько легкомысленны, что добровольно снабжают его информацией о слухах и настроениях в Обществе Душ, – он не станет им мешать, тем более что очень часто эти разговоры дают ему намного больше, чем иные агентурные донесения. Со-тайчо умеет из всего извлекать выгоду, и это одна из основных причин, по которым он занимает свой пост.
Об истинном положении дел знают немногие. Верный друг и соратник Сасакибе да, пожалуй, Укитаке с Кёраку – они успели изучить своего сенсея слишком хорошо, чтобы и впредь позволять себе обманываться личиной всеобщего дедушки. Что ж, он не против. Какой же учитель не радуется успехам своих учеников?..

Второй отряд

Почти всю ее жизнь нибантай-тайчо преследуют призраки. Призраки особого рода, не имеющие никакого отношения к рейяцу или иным духовным материям; призраки, имя которым память.
Счастье, любовь, поклонение… обида, боль, предательство. Все эти картины без устали проносятся перед ее внутренним взором, напоминая какой-то чрезмерно затянувшийся кошмар. Увы – это реальность, и нет никаких шансов на счастливое пробуждение. Но Сой Фон продолжает казаться, что она спит и видит цветные сны – иначе откуда это чувство иллюзорности обстановки и неправдоподобной достоверности, когда замечаешь малейшие детали происходящего вокруг? Нет, все это не может быть явью. Ведь не может, правда же?..
Из-за подобных убеждений глава оммицукидо очень мало спит. Сой Фон считает глупым спать во сне, и ее разбирает истерический смех, когда она начинает задумываться над этим. Тогда верный Омаеда приносит ей успокоительного из четвертого отряда, не спрашивая ни о чем. Пожалуй, только за это она и держит его рядом с собой – такого неуклюжего и раздражающе громкого все остальное время.
…Она уже очень давно не засыпает без снотворного.

Третий отряд

Несмотря на стойкие убеждения всего Готей 13, Ичимару-тайчо не имеет ни малейшего отношения к кицунэ. Впрочем, санбантай-тайчо и сам не спешит развеивать чужие заблуждения, используя их в собственных целях. Во всяком случае, это не раз помогало ему выворачиваться из многих неприятных ситуаций.
Сколько Ичимару себя помнил, его необычная внешность всегда вызывала удивление и страх у окружающих. Суеверные крестьяне первыми додумались окрестить его лисьим оборотнем, истово уверяя, что только кицунэ может выглядеть так. На самом же деле альбинизм был довольно-таки распространенным явлением, но откуда об этом знать необразованным деревенским жителям?
Сначала подобное обращение очень удивляло и расстраивало маленького Гина. Его сторонились сверстники, а дети постарше частенько избивали. Взрослые смотрели на это сквозь пальцы, не желая вступаться за ребенка, от которого отказались даже его родители, что не могло не вызвать волну ответной ненависти со стороны альбиноса. Со временем он научился умело играть на страхах и суевериях односельчан, увидев в этом единственный способ уберечь себя от настырного людского внимания. И не то чтобы он очень уж сильно ошибался – его действительно оставили в покое.
Попав в Сейрейтей, Ичимару с разочарованием понял, что отношение людей к нему ничуть не изменилось. Это было неприятно, но не смертельно – он давно уже привык к подобным пощечинам судьбы.
Пожалуй, именно поэтому он так дорожит своим лейтенантом – Кира Изуру один из тех немногих, кто умеет видеть в своем тайчо обычного человека.

Четвертый отряд

Унохана-тайчо – настоящая опора для своих подчиненных. Она всегда готова помочь страждущим советом или делом, и при виде ее теплой улыбки становится легче переносить невзгоды. Единственное, из-за чего тайчо может по-настоящему разгневаться, – это преступное пренебрежение по отношению к жизни, неважно, своей или чужой, и тогда она становится действительно беспощадной. Шинигами четвертого отряда это знают и потому бесконечно уважают Унохану.
Медицина – ее страсть, ее жизнь, ее смысл существования. Она верит, что живет только ради спасения других, и как никто ценит жизнь после смерти. Чтобы вылечить кого-то, она может выложиться до конца и даже больше, и каждый раз, когда ей не удалось вернуть раненого к жизни, на ее сердце появляется ещё одна незаживающая рана.
Вместе с тем Унохана умна и наблюдательна, как и полагается истинному врачу, и всегда может распознать, когда ей лгут. Из-за этого ее немного опасаются, но совершенно напрасно – йонбантай-тайчо никогда не применяет эту способность кому-нибудь во вред. Сама мысль об этом кажется ей святотатством.
Котетсу Исанэ очень похожа на свою тайчо и искренне радуется, когда ей об этом говорят.

Пятый отряд

Гобантай-тайчо умеет располагать к себе собеседников как никто другой. Весь его облик излучает дружелюбие и приветливость, и многие рядом с ним невольно расслабляются. Его мягкая улыбка, тихий, спокойный голос и доброжелательный взгляд из-за очков рождают в людях необъяснимое доверие и симпатию. У него много поклонников и поклонниц, которые стараются ему подражать, но он никого не выделяет, уделяя всем равное количество своего внимания.
Айзен-тайчо заботлив и внимателен к нуждам своего отряда, что только прибавляет ему плюсов в глазах шинигами. Среди других капитанов он пользуется заслуженным уважением умелого воина и опытного командира, среди низших по званию – почтением и любовью за кроткий нрав и доброту. Никто и никогда не видел, чтобы тайчо пятого отряда злился или печалился; наоборот, он успокаивает яростных и утешает унылых. Тайчо всегда открыт для всего нового, но при этом ревностно придерживается традиций, что вызывает удивление у многих незнакомых с ним людей.
Неудивительно, что малышка Хинамори так сильно его любит.

Шестой отряд

По мнению многих, если и есть человек, вплотную подошедший к идеалу, то это Кучики-тайчо. Его манеры совершенны, внешний вид безупречен, а на лице не отображается ни капли эмоций – как и полагается истинному аристократу. Ещё одна отличительная черта главы дома Кучики заключается в следовании всем и всяческим правилам и указаниям. Он не из тех, кто станет обсуждать приказы, даже если в чем-то с ними не согласен – для него авторитет вышестоящих прежде всего. Безусловно, шинигами шестого отряда уважают своего тайчо, но это уважение носит несколько опасливый оттенок – капитан не прощает промашек. Он требователен не только к себе, но и к своим бойцам, и тем волей-неволей приходится соответствовать.
Единственный человек, которому Кучики-тайчо мог простить если не все, то многое, умер много лет назад. Сложно найти кого-либо, кто бы этого не знал, но о таком не говорят в слух. Это слишком личное, и сейрейтейские сплетники молчат если не из уважения к горю рокубантай-тайчо, то хотя бы из страха перед его гневом. Сам капитан шестого отряда никогда не упоминает об этом, и ещё не родился безумец, который осмелился бы спросить у него что-нибудь на эту тему.
Для Абарая его капитан – прежде всего соперник, которого он мечтает когда-нибудь превзойти, не замечая, что это лишь одна из многих правд, и далеко не самая главная.

Седьмой отряд

Шичибантай-тайчо лучше других знает, что такое одиночество. В свое время ему пришлось немало хлебнуть этого горького лекарства, и горячая волна ненависти накрывает его с головой при малейшем воспоминании о тех временах. Комамура-тайчо ненавидит это время страстно, до дрожи в коленях, до темных кругов перед глазами, до желания крушить все вокруг от одного существования такого понятия как «одиночество». Слишком много того, о чем он предпочел бы не вспоминать, связано у него с этим словом.
Люди боятся всего неведомого, и это обрекало Комамуру на статус изгоя в любом обществе. Никто не будет чувствовать себя в безопасности, если рядом находится тот, кого ты считаешь диким зверем; и сколько бы ни прозвучало заверений в ошибочности подобного мнения, изжить страх полностью не удается никому. Люди верят прежде всего своим глазам, и лишь затем – разуму, что порождает недоверие, основательно приправленное ужасом. Никто не вынес бы подобного отношения к себе, и потому Комамура старался наведываться в человеческие поселения как можно реже, медленно сходя с ума в чащобах Руконгая.
В Сейрейтее он видел свой последний шанс на избавление и поначалу безумно радовался, когда его приняли в Академию шинигами. Лишь позже – намного позже! – он понял, что презрение и жалость могут быть намного хуже страха. Не изменилось главное, от чего он бежал в Сейрейтей, – одиночество, от которого хотелось выть.
Наверное, это была такая ирония судьбы – единственный, с кем он подружился, был слеп и потому не подвержен никаким предрассудкам. Тайчо седьмого отряда не задумывается над этим. Он просто благодарен своему фатуму за этот нечаянный подарок.
…А ещё шичибантай-тайчо бесконечно благодарен своему лейтенанту – благодаря Ибе Тетсузаэмону он чувствует, что действительно нужен кому-то на этой земле.

Восьмой отряд

Кёраку-тайчо ценит жизнь во всех ее проявлениях. Ему кажется глупым растрачивать эту высшую драгоценность на всякого рода условности, принятые в окружающем его мире, – он живет так, как хочет, не обращая внимания на мнение всех остальных. Он свободен от каких-либо ограничений, имеющихся в обществе, и как всякий свободный не понимает, зачем они вообще существуют. Со стороны это может выглядеть как безответственность и разгильдяйство, но хачибантай-тайчо плевать, как это выглядит со стороны.
По той же причине капитан восьмого отряда не любит убивать – для него ценна не только собственная жизнь, но и чужая. Пустые не в счет; они давно уже не живут, и смерть для них подобна акту милосердия. Тем не менее Кёраку-тайчо – один из капитанов Готея, и это означает, что при необходимости он может справиться с любым противником. И если над Сейрейтеем нависнет угроза, он будет убивать не задумываясь – потому что лучше гибель одного, чем гибель многих.
Лейтенант восьмого отряда похожа на своего тайчо лишь в одном: она с такой же бережностью относится к жизням вверенных ей бойцов, что и ее капитан.

Девятый отряд

Для кьюбантай-тайчо справедливость превыше всего. В отличие от многих других он считает ее не абсолютным понятием, совершенно недостижимым в реальном мире, но высшим законом, которым должно руководствоваться все сущее. Попытки нарушить этот закон воспринимаются им так же, как и пренебрежение остальными правилами – то есть вынесением наказания, соответствующего тяжести нанесенного вреда.
По святому убеждению Тоусена-тайчо, любой закон нерушим. На этом построен весь мир вокруг него; и пока он придерживается законов, окружающая его реальность просто не может рухнуть. Поэтому он так болезненно реагирует на любые попытки нарушить устоявшийся порядок – для него это по меньшей мере посягательства на стабильность Вселенной. И пусть они не понимают, что творят, но от этого их вина не становится меньше – по крайней мере, в глазах кьюбантай-тайчо. Из-за этого он предпочитает устранять возможных нарушителей заранее, не дожидаясь роковой катастрофы.
Хисаги Шухей полностью разделяет идеалы своего капитана – впрочем, как и весь остальной девятый отряд.

Десятый отряд

В понимании большинства, ум и сила шинигами напрямую зависит от его возраста. Хитсугайя-тайчо категорически с этим не согласен, являясь живым опровержением подобного мнения, но, к его вящему сожалению, изменить ничего не может. И пусть его называют исключением из данного правила, но от этого ничего не меняется – отношение окружающих все равно остается слегка снисходительным и покровительственным, что изрядно бесит джубантай-тайчо.
Почти все время, которое Хитсугайя-тайчо провел в Готей 13, он пытается доказать, что достоин капитанского хаори. Не то чтобы это у него особо получалось, но тайчо десятого отряда отличается изрядным упрямством и верой в то, что рано или поздно добьется своего. Естественно, куда проще было бы подождать пока он вырастет и проблема пропадет сама собой, но юношеский максимализм не позволял ему сидеть сложа руки, толкая на необдуманные поступки. Замкнутый круг – что, понятное дело, отнюдь не улучшает настроения джубантай-тайчо.
Несмотря на все подколки, Матсумото Рангику искренне уважает своего капитана – и за это тайчо соглашается терпеть ее многочисленные выходки.

Одиннадцатый отряд

У джуичибантай-тайчо предельно простая философия жизни. По его мнению, выживает сильнейший, и нельзя сказать, что он так уж неправ. Это отдает чем-то звериным, но человек – всего лишь сильнейший из зверей, а значит, такой подход абсолютно естественен. Впрочем, Зараки-тайчо никогда не заморачивал себе голову рассуждениями на эту тему. Он просто относится к жизни именно так – и ему без разницы, правильно это или нет.
Как обладатель сильного тела и громадной реяцу в придачу, ему так же никогда не приходилось задумываться над тем, как бы выжить самому. Природа наделила его всем необходимым для этого, что не могло не повлиять на его жизненные приоритеты – главной целью стало не выживание, а поиск достойного противника. Как и любому сильнейшему, ему хочется сравнить свои силы с чужими – хотя бы для того, чтобы вновь увериться в своем первенстве и отправиться на поиски следующего врага. И так до тех пор, пока не встретишь кого-то сильнее тебя – чтоб было куда стремиться.
Для Кусаджиши Ячиру жизнь – всего лишь игра, где все происходит понарошку и нет ничего необратимого.

Двенадцатый отряд

Смысл жизни Маюри-тайчо заключается в его исследованиях. Ради них он готов на все – пусть даже это «все» частенько выходит за рамки его полномочий и какой-то там морали. Джунибантай-тайчо не останавливают такие мелочи – его вообще сложно остановить; и раз уж что-то его заинтересовало, то в исследовании этого он пойдет до конца. Наука прежде всего – а остальное неважно.
В Готей 13 у Маюри-тайчо репутация довольно-таки зловещая и нельзя сказать, что незаслуженная. О нем и его отряде ходит масса разнообразных слухов, один другого страшнее, и некоторые из них родились в результате вполне реальных случаев. Впрочем, такое бывает редко – двенадцатый отряд хорошо умеет хранить свои тайны. А так же внушать достаточное уважение, чтобы все сплетни о нем пересказывались только шепотом и постоянно озираясь через плечо, что в свободолюбивом Сейрейтей является серьезным достижением.
Куротсучи Нему – живое воплощение истины «Любят не за что-то, а вопреки», умудряясь при всех своих сложных взаимоотношениях с отцом продолжать считать его самым важным человеком в мире.

Тринадцатый отряд

Если у джусанбантай-тайчо спросить, что он ненавидит больше всего на свете, он ответит без малейших колебаний: свою болезнь. Она отравляет ему жизнь, заставляя чувствовать себя неполноценным среди нормальных людей. Его не покидает ощущение, что он мог бы дать этому миру больше, намного больше, и это ужасно – потому что он знает, что изменить ничего не в силах. Но сдаваться – не в его правилах; и он не сдается.
Будто в попытках поспорить с судьбой, Укитаке-тайчо старается успеть везде. Он давно уже смирился с собственной смертью, бродящей рядом, но рьяно отгоняет черную гостью от других – даже ценой ещё одного куска жизни, отобранного беспощадной болезнью. Она и в самом деле не знает пощады, его вечное проклятие, и никогда не сдает свои позиции – даже тогда, когда, как кажется джусанбантай-тайчо, это жизненно необходимо. И ему лишь остается с горечью вспоминать такие моменты и нести дальше тяжкий груз вины – не успел, не уберег, не смог… Не спас.
…В тринадцатом отряде до сих пор нет лейтенанта.